Мой папа любил говорить: «Шея, как у быка…» – потом, немного помолчав, добавлял: «Хвост». Это была старая шутка времён СССР. Тогда никто не знал никаких шварценеггеров, а уважали русских борцов как Поддубный или Заикин. В те времена не было принято сидеть в кафе в майке – силу мужика оценивали по мышцам шеи, ибо всё тело было застёгнуто на все пуговицы.
В 8 лет я с энтузиазмом качал шею по двум причинам. Во-первых, это было нужно для борьбы. Во-вторых, я хотел, чтобы мой папа был мной доволен.
Появление на экране индейцев из Восточной Германии вызвало у школьников жаркие споры. Главного индейца СССР – Гойко Митича – камера часто показывала на лошади снизу. От этого грудь полуголого актёра казалась угрожающей.
Я захотел себе такую же и стал с энтузиазмом осваивать отжимания от брусьев. У меня было научное объяснение: актёр занимался гимнастикой, а гимнасты много отжимаются от брусьев. Не помню, в каком журнале я это прочитал. Мне было уже 12 лет.
Только в секции тяжёлой атлетики после 13 лет я стал осознавать, что у борцов отстают ноги. Так мой энтузиазм переключился на приседания. Когда я увидел фотографии Тома Платца на плакатах Вейдера, мой энтузиазм вырос так, что я научился приседать со штангой 240 кг по 6 раз. Но это уже было в 20 лет на деке с сустом (модных тогда анаболиках).
После 20 я понял, что девушки предпочитают парней на авто, хотя и без мышц. Парни с мышцами на трамвае – это для них запасной вариант. Я поклялся, что к 25 годам куплю авто и много энтузиазма вложил в накачку карманов деньгами; бросил работу инженером и стал фитнес-тренером. Я проводил персональные тренировки с 7 до 23, не упуская ни одного клиента.
К тридцати годам тёща потребовала собственное жильё. Мне было страшно работать одному на совместно нажитое имущество, но мужчина должен построить дом. Я с энтузиазмом продолжил убирать гантели за состоятельными дамами и господами. Приходил домой, спал 6 часов и снова шёл на работу.
Прошли годы. Было куплено достаточно квадратных метров жилплощади, и оказалось, что качок в доме, который приходит поспать 6 часов, да ещё и требует пожрать, слишком мешает. К тому же, какая может быть любовь после 17 лет в одной кровати? Жена подала на развод.
Судья по закону разделил всё имущество, нажитое с энтузиазмом. Жена, конечно, обрадовалась, но потребовала отдать ещё и авто. К сожалению, авто было зарегистрировано на друга. Так я понял, что женщины любят авто и квартиры больше, чем мужей.
Куда приложить энтузиазм после сорока, я не знал. Большие мышцы мужиков не пугали, а женщинам не очень-то и нравились. Вторым половинам больше нравились деньги, авто и квартиры, но тут я оказался лишним.
По привычке я проводил время с клиентами, а домой приходил только спать. Мои клиенты взрослели вместе со мной. Тоже жили на работе и делили в разводах имущество, нажитое с энтузиазмом.
Я пробовал найти себе бабёнку, но получалось плохо. В 20 лет ты можешь рисовать перспективы, и девушки со своими мамами тебе верят. В РФ пик зарплат приходится на 40 лет. Потом мужчина не перспективен. В этом возрасте перспективы обещай не обещай, а всё равно тебе никто не поверит. Хуже всего – это написать на сайте знакомств: «40 лет. Работаю тренером в тренажёрном зале».
После сорока мужчина не интересен никому, кроме врачей. Они стали напоминать мне, что медосмотры теперь нужно проходить не раз в три года, а раз в год, – предлагали чаще встречаться. Их неподдельный интерес к моему возрасту начал меня пугать. Они были уверены, что могут у меня в организме что-то найти и хорошо на этом заработать.
40 лет – это бес в ребро, но причём тут эндокринологи? Оказалось, что в этом возрасте может прийти не только Амур, но и возрастной андрогенный дефицит. Полазив в интернете, мои клиенты узнали про мужские гормоны и стали досаждать меня вопросами, которые попадали под 234 ст. УК. Меня это тоже напугало.
Хорошей новостью стало то, что заёмные гормоны вызывают обеспокоенность у эндокринологов. Известные фитнес-блогеры, которые топили за их приём, стали жаловаться на сердце. Видоски Дочи, Спасокукоцкого и Голубочкина после операции убавили энтузиазма. Оказалось, что гормоны – это ещё одна вредная привычка, которая сначала добавляет радости, но потом сокращает жизнь.
В 20 лет мои ровесники кололи гормоны, и всё было нормалёк. Теперь люди, с которыми я пил на брудершафт, у врачей проводят времени больше, чем на тренировках. Кого-то уже похоронили.
До тридцати лет мои ровесники умирали либо от пули, либо от героина. Теперь, когда мне уже 50, они мучаются от болезней, образа жизни – лени, переедания и лекарств. В молодости парням, которые дома читали книжки, ничто не угрожало. Теперь к ним на дом приходят рак, инфаркт и инсульт.
Меня испугали эти возрастные неприятности. Так я стал с энтузиазмом глубже изучать ЗОЖ. Теперь, как и папа в мои годы, я увлечён фитнесом outdoor для здоровья сосудов и сердца. А как иначе? Мама умерла от инфаркта, а папа от дегенерации миокарда. В свидетельстве о смерти будут написаны не окружность шеи или площадь квартиры, а самый слабый орган в теле.
Однажды я вышел с детьми на пробежку. На нас смотрели полная девочка – ровесница моих детей и её бабушка. Девочка закричала:
– Бабушка, смотри, спортсмены!
– Да, внучка. Молодцы какие. Вырастешь большая, тоже спортом займёшься.
Бомжи чаще орут: «Динамо бежит?» Одобрение зрителей – это важно. В молодости я больше тренировал самые заметные части тела, а теперь – жизненно важные органы.
Как сохранить здоровье и улучшить внешность, читайте в книге «Размер/квартал – 2025».
