Однажды в выходной Лев Евгеньевич пошёл погулять в парк, чтобы людей посмотреть. Сел на лавочку и заскучал, ибо каждые 10 лет уровень коллективного разума падает вдвое. Закрыл глаза и вдруг услышал: – Здравствуйте, товарищ. Как Вам у нас? Лев Евгеньевич открыл глаза. Парк с людьми исчез. Вокруг был туман, а сам он оказался в невесомости – полностью свободен, ни на что не опираясь. Так же ни на что не опираясь с ним разговаривал Леонид Ильич. – Здравствуйте, Леонид Ильич. Тут…
-
-
Лень тренироваться
Лень – это отвращение к работе. Мы – не рабы, рабы – не мы! Когда юноша вырастает, ему становится тесно с родителями в одной квартире, ибо они мешают ему делать то, что хочется: бухать и трахаться. Так юноша уходит жить на съёмную квартиру. Но за съёмную квартиру надо платить. Это неприятно, потому что за деньги надо работать. Работай и делай, что хочешь: бухай и трахайся. В этом образе мыслей нет места спорту. Спорт – это такая же естественная потребность, как…
-
Мечта за 5 рублей
Это случилось в 1992 году, когда мне было всего 17. Жил я в ветхом доме 1898 года постройки, где удобства ограничивались унитазом и холодной водой в кране. Раз в неделю я ходил в общественную баню, чтобы помыться. Именно там случилось курьёзное знакомство с теневой стороной бодибилдинга. Однажды в бане ко мне подошёл взрослый мужчина со следами тренировок на теле. Не ахти какой качок, но видно, что тоже тренируется. — У тебя хорошая форма. Чем занимаешься? — спросил он. Приятно, когда…
-
Сильный пол
С детства человек страдает от болезни, которой нет в МКБ — ухо-глаз. Он не видит то, что слышит. Врач, который сидит на таблетках, говорит о ЗОЖ, а физрук с ожирением кричит: «Построились!» Почему одни больные рассказывают другим о пользе здорового образа жизни? Потому что ЗОЖ — это пропаганда: убеждение одними других в том, что им делать. Моя мама, которая закончила ПТУ и была далека от спорта, сделала из меня инженера и чемпиона в трёх видах спорта. Женщина умеет убеждать. Она…
-
Домашнее насилие
За окном забрезжил рассвет, окрашивая комнату в бледно-розовые тона. Отец, крепкий мужчина лет пятидесяти, натягивал кроссовки. Седые виски выдавали возраст, но движения оставались быстрыми и уверенными. – Хорошей пробежки, пап, – зевнул десятилетний сын, не отрывая взгляда от потолка. В голосе сквозила напускная бодрость. Главное, чтобы отец поскорее ушел. Под подушкой ждал спрятанный смартфон, а в нем – целый мир Майнкрафта, где ребёнок – бог. – Я не понял. Ты чего лежишь? Сегодня пойдёшь со мной. Нет лучше одёжи, чем…
