Медосмотры в развитых странах показали, что средние граждане с 20 лет набирают по 5-10 кг за десятилетие. Лично я себя в 40 помню не очень, тем более в 20, поэтому вспоминаю по фото.
Если бы я был нормальным человеком, то в 20 лет весил бы 70 кг, а сейчас – 90. У большинства моих одноклассников так и произошло, поэтому моя жизнь не показательна. В моей жизни случилось всё наоборот: в 20 лет я весил 90 кг, а в 50 – 70. Это всё из-за Шварценеггера. В институте я хотел быть шварценеггером, поэтому ускорял набор веса приёмом мужских гормонов.
В 23 года я понял, что ни я, ни Невский, ни даже Ронни Коулман никогда не станем ни Шварценеггером, ни тем более Терминатором. Было непросто в 23 года принять факт, что придётся жить свою жизнь своей головой и не получится списать биографию, как школьное сочинение у соседа.
Почти все, кто хотел стать шварценеггером в конце 90-х, стали либо охранниками, либо стриптизёрами, либо фитнес-тренерами. Быть охранником опасно, стриптизёром постыдно, поэтому я выбрал средний путь и стал фитнес-тренером.
И вот я такой, на массе, с весом 94 кг, заступил на дежурство в элитный фитнес-клуб, чтобы делиться опытом массонабора с богатыми мужиками. Не знаю, как-так получилось, но у мужиков по фитнесам, особенно днём, ходить времени не было, а их скучающие жёны и любовницы приходили в тренажёрный зал перед обедом, чтобы похудеть.
Штанга, в частности, и тренажёрный зал в целом – не лучший инструмент для снижения веса, но спрос рождает предложение, поэтому я согласился делиться опытом жиросжигания, который есть у соревновательных бодибилдеров. Тот же Ронни Коулман перед соревнованиями сжигал 20 кг жира. Я – только 10, но и это хороший опыт для домохозяек, которые говорили, что у них всего 2-3 лишних кило.
Управление весом начинается с наблюдения. Чтобы наблюдать за весом в тренажёрном зале были весы. Я предлагал скучающим и худеющим женщинам вставать на весы перед тренировкой. Часто женщины отказывались. Говорили, что вчера переедали, поэтому боятся вставать на весы.
Средний человек набирает ведро жира за десятилетие, потому что боится вставать на весы. Я же боюсь переедать. Когда мне на вечеринке предлагают взять в рот ещё кусочек торта, я помню, что утром должен стоять не весах. А весов я боюсь больше, чем хочу торт.
На самом деле несложно быть мужиком и ничего не бояться, тем более весов. Можно даже научиться любить и уважать себя с лишним жиром. Хуже, когда с возрастом вместе с подкожным жиром нарастает жир внутрисосудистый. Вот это уже ведёт к раннему инфаркту или инсульту, а мои маленькие дети ещё не готовы сами вступить в наследство. Делать нечего, придётся по утрам вставать на весы.
Вы встаёте на весы по утрам?




история развивается логично — от общей статистики к личным примерам и философскому выводу
противопоставление общих рисков гипертонии и личного опыта с гипотонией делает текст глубже, показывает многогранность проблемы