Ох, как меня в детстве ругали предки. С тем не дружи, с этим не водись – плохому научат. Ну что плохого для старшеклассника в водке с девками на чердаке?
Смысл родительских наказов я стал постигать лишь на пороге полувекового юбилея. До этого медосмотры я проходил только в институте. В те годы не только водка с копчёной колбасой, но и анаболические стероиды с углеводной загрузкой мне шли на пользу, как божья роса. Бицепс – 45, жим – 180, сахар и кардиограмма – в норме.
В 47 я остепенился и пополнил серые ряды госслужащих. Бездушная бюрократическая машина потребовала ежегодной и безоговорочной диспансеризации.
Там гражданину надлежит снять рубашку и лечь на кушетку. Я не против. У меня тело достойно кино с постельной сценой. Стыдиться мне нечего. Потом к тёплому телу медсестра прилепляет холодные присоски. Неприятно, но стресс переносимый. Затем машина выплёвывает бумагу со следами работы моего сердца.
Врач в кардиограмму смотрит с удивлением. Я напрягаюсь. Когда глаза врача расширяются, это вызывает озабоченность пациента. Начинаешь вспоминать знакомых нотариусов. В воздухе висит зловещая тишина.
– Кардиограмма у вас… – доктор выдержал мхатовскую паузу, – хорошая.
Вроде бы обошлось. И родители, не забери их в своё время именно сердечная хворь, были бы мной довольны. Но глаза доктора покоя мне не давали.
Мой старый вузовский препод говорил: «В книгах всё есть». Задания давал – без библиотеки не сдашь. Любил он студентов мучить долгим поиском. Слава Богу, сегодня всё проще. Теперь в интернете всё есть. Начал копаться в нём – искать причину медицинского изумления.
Выяснилось страшное. Оказывается, каждый второй мужик моего возраста носит в груди мину замедленного действия. Это только у тех, кто покорно прошёл медосмотр. Таких безвольных агнцев у нас в стране – жалкие 30%. Остальные гордые 70% альфа-самцов, если делают ЭКГ, то уже в карете скорой помощи под противный вой сирены.
По прикидкам хищных дельцов от медицины, 80% моих ровесников давно должны денег кардиологам.
20% счастливчиков – это многолетние зожники. Ну, как зожники? Не курит – уже зожник. Нет личного авто и пивного живота – вообще красавчик. Мужчина не идеальный, но в 50 сердце держится.
Тот ЗОЖ, который спасал мужика до 50, в 65 уже не канает. Вместе с пенсионной книжкой скверную кардиограмму получают 95% представителей сильного пола. И это из 58% выживших. Сухая арифметика через 15 лет моего «прекрасного далёка» жестоко оставляет лишь три здоровых сердца из ста.
Ради Христа, простите сельского учителя физики за кучу цифр. Я понимаю, что арифметика – это не футбол на диване. Это гораздо скучнее. Но от этих цифр я очкую сильнее, чем в детстве от «Кошмара на улице Вязов».
Я всегда был трусом, поэтому стал стелить соломку перед выходом с надписью «заслуженный отдых». Начал прислушиваться к родителям. Они мне с того света до сих пор в уши жужжат:
– Не водись с теми, кто водку закусывает копчёной колбасой.
Я искренне недоумеваю:
– Так других-то нет.
– Вот ни с кем и не водись.
Чувствую, что меня ждёт жизнь космонавта, которого отправили в леденящий душу одиночный полёт на поиски идеальной внеземной цивилизации.
