Я люблю слушать умных людей – диетологов и психологов. Соберутся они у меня в смартфоне и начинают рассказывать про ихнюю замечательную эволюцию.
Диетологи говорят: «В нас эволюционно заложено любить копчёную колбасу и печенье “Юбилейное”. Так мы запасаемся на случай голода. Страсть к этим блюдам природа заложила в нас, когда мы дикими обезьянами прыгали с ветки на ветку».
Не знаю. У меня другая эволюция. Я много кем был. Пионером был, бодибилдером был, фитнес-тренером был, сельским учителем был, а дикой обезьяной побывать не довелось. Я умею делать выход силой и прыгать с турника на турник. Но это другое. Дворовая гимнастика слишком далека от физподготовки шимпанзе. Где же воспитывали этих диетологов, ума не приложу. В заповеднике каком-то, наверное.
Далее берут слово психологи: «В нас эволюционно заложено стремиться к непререкаемому авторитету внутри тесного коллектива. Ещё на заре палеолита потеря уважения в родном племени каралась изгнанием. А оказаться за забором стоянки значило неминуемо пасть жертвой саблезубого тигра».
Я снова в недоумении. На борьбе мне внушали мысль, достойную Сократа: «Сломал ухо – красавчик». Сегодня я работаю учителем физики. Ладно бы работал в охране. Там сломанный ушной хрящ – это элемент униформы. На педсовете же к педагогу с ухом в форме пельменя возникнут вопросы идеологического характера.
Из борцов, повинуясь духу времени, я эволюционировал в бодибилдеры. Там разговор короткий: «Меньше грамма – натурал». Совершенно очевидно, что учитель, раздираемый стероидной яростью, в стенах средней школы долго не протянет. У доски нужен нрав овечий, иначе родительницы в одночасье закидают департамент образования кляузами.
У этих диетологов и психологов в каменном веке всё просто. Жри в три рыла и забирайся на ветку повыше. У меня же тут в демократиях думать надо.
Если диетологи и психологи эволюционировали из диких обезьян, то я – из советских пионеров. Мне природой с детства было заложено писать шариковой ручкой. А потом – бац! – появился компьютер. От интеллигенции стали требовать знание «Офиса».
Хочешь не хочешь, а моя эволюция из пионера в человека продолжается.
Например, погнали учителей строем на унизительный медосмотр. Пустили кровь из вены. Холестерин у меня оказался в норме, но у самого берега. А я к сыру питаю слабость с малых лет. Печально, конечно, но золотая эпоха пионеров-сыролюбов для меня подошла к концу.
Диетологам и психологам хорошо: они живут законами палеолита. А чего мне ждать от будущего – непонятно.
Мне повязали красный галстук в 80-х. На забеге познакомился с пионером 60-х. Бежали в темпе 6:50. Ему было паршиво. Дышал громко. Переходил на шаг. Потом снова ускорялся. Не хотел он бежать пятёрку дольше 35 минут. Преодолевал себя. Боялся потерять престиж среди бегунов-ветеранов. В 60 лет он как-никак марафон выбегал из четырёх с половиной часов.
После пары моих вопросов задумался. Говорит:
– Друг неделю назад после забега умер. Год назад ещё одного схоронили. А бег – это действительно полезно?
Нехорошо пионерам 80-х учить пионеров 60-х. Сказал, что не знаю, а бегаю, как учили – по пульсу.
Там, где появляется секундомер, заканчивается физкультура. Здоровью нужен пульсометр. Для меня темп 6:50 пока ещё полезен, ибо в летний зной мой мотор работал с частотой 130. Пионер 60-х с таким темпом у врачей вызывает озабоченность. Побоялся я спросить его ЧСС.
Эпоха коммунизма и соревновательного бега для него уже закончилась, а палеолита – нет.
В мире ещё промышляют биологи и антропологи на твёрдом окладе. Эти наблюдают за обезьянами и охотниками-собирателями в диких лесах. После командировок такие учёные пишут отчёты, а я делаю выводы.
Действительно, в обезьяньем стаде самый буйный самец обожает бить морды и волочиться за самками. Однако жизненный путь такого гусара значительно короче, чем у спокойных сородичей.
С изобретением копья грубая сила позорно капитулировала перед социальным статусом. Кем восхищается общественность, тот и управдом. Как в соцсетях. Решают охват и лайки.
В племени качков статус – это бицепс. В племени марафонцев – темп. В племени аферистов – шмот и интерьер.
С возрастом оставаться главным забиякой в своём племени становится вредным для здоровья и опасным для жизни.
У шимпанзе травмированные альфа-самцы частенько снижают градус агрессии и уходят в тень на заслуженный отдых. Часто становятся «серыми кардиналами». Или как их там? Решалами. Это очень полезно для здоровья – уступать в драке место молодым.
И мне агрессия уже не по возрасту. И так алиментов по решениям суда набрал на 72 года. Мужики в России столько не живут. А мне пожить ещё надо. Это мой долг. У меня младшие только началку закончили.
