Работа строит орган

В 8 лет я ходил в секцию борьбы 3 раза в неделю по часу. С годами нагрузка росла. Через шесть лет я тренировался каждый будний день по три часа, пока спортивный кардиолог не сказал: «Парень, отдохни годик от спорта»

Так я и сделал. Лежал на кровати, смотрел фото Шварценеггера и Брюса Ли в журнале «Спортивная жизнь России» и слушал тяжёлый металл.

Через три месяца папа не выдержал и сказал:

–  Хватит лежать, иди займись спортом.

– Мне врач запретил заниматься борьбой, но я думаю пойти на ушу или в качалку.

– Ты не будешь заниматься ерундой, но можешь пойти на бокс или штангу.

У боксёров были круговые тренировки, как в борьбе, поэтому я пошёл на штангу. Секция тяжёлой атлетики показалась мне курортом. Сделал подходи кури бамбук три минуты. Атмосфера дружелюбная и мы с пацанами между подходами могли спокойно болтать по три часа пять раз неделю.

Одно дело треиноваться на уровне второго разяряда, а другое дело на уровне ближе к мастеру. Через три года я устал от штанги, поступил в институт, и отец разрешил мне, как взрослому человеку, заняться ерундой – пойти в качалку.

В качалке я научился тренироваться три раза в неделю по 45 минут, тренируя мышцу раз в неделю. Так я гонял балду и рос на анаболиках, пока не пришло время работать за деньги. Я слез с анаболиков и начал тренироваться в натураху по принципу работа строит орган или не потопал – не полопал.

Так мне пришлось начать считать тонны и стимулировать мышцы не раз в неделю, а хотя бы три. С тех пор мне со всех сторон говорят, что я неправильно качаюсь, и без сплит-тренировок у меня мышцы никогда не вырастут. Я это знаю – не дурачок, но на сплите без анаболиков их вообще не останется.