Теоретически человек может всё сам: почистить овощи, порезать их, положить в посуду, поставить на плиту и сварить борщ. Однако занятой человек предпочитает ресторан с официантом. С тренажёрным залом так же. Человек может убрать за собой гантели и заполнить дневник тренировки, но предпочитает личного тренера.
Всякий личный тренер убирает гантели за клиентом, но дневник тренировок за клиентами заполнял я один. В зале рядом со мной работали ещё 10 тренеров, но за такие деньги с них хватало и уборки гантелей. Зачем заполнять дневник, если клиент этого не просил?! Мне было мало денег, я был одержим своим экспериментом над живыми людьми.
Обычно в дневнике тренировок я заполнял вес клиента, вес отягощения, подходы и повторы, но однажды клиент сказал: «Что-то я сегодня уставший. Давай тренировку сделаем полегче»
Это было странная просьба, для человека, который должен знать, что «нет боли – нет результата». В норме, если устал, то зачем пришёл. Однако я понимал, что деньги от уставшего человека лучше никаких.
Так я заинтересовался оценкой состояния космонавтов по методу «САН» – самочувствие, активность, настрой. У космонавтов тест состоял из десяти вопросов, которые я по привычке сократил до трёх. Я перед тренировкой задавал три вопроса клиенту, но каждый раз в разных выражениях, чтобы он не понял, что я над ним провожу исследования. Потом я записывал оценку от 0 до 3. По ней я принимал решение о нагрузке.
Физрукам хорошо, потому что к ним приходят люди в пубертате, и мелкие травмы на них заживают, как на собаках. Мне же приходилось работать с людьми все возрастов – даже с теми, кто уже шёл с ярмарки.
Однажды в клубе «Сенатор», куда приходят только уважаемые люди с деньгами, у пожилого и уставшего от жизни клиента я спросил:
– Вы сегодня выспались?
– Молодой человек, меня давно никто не спрашивал, выспался ли я.
Мужчина думал, что меня интересует его самочувствие, но я всего лишь не хотел его сломать и потерять деньги от будущих тренировок.
Однажды в клуб пришёл немолодой мужчина, чтобы омолодиться, не спросив у меня разрешения. Он пожал лёжа до отказа, пропотел до нитки на сайкле с молодыми групповичками и пошёл в сауну с нормальными мужиками тереть тёрки. Из сауны его тело с простынкой на лице вынесли санитары.
Многолетний опыт показал, что если человек не замечает, что на каждой тренировке жалуется на самочувствие, активность или настроение, то он умирает быстрее, чем идёт время в его паспорте. При вечных жалобах на усталость ему остаётся только сказать: мне не нужны большие мышцы, у меня спорт на паузе.
Для жизни денег мало, нужно ещё хотя бы один раз в неделю приходить на тренировку отдохнувшим. Однако людям с деньгами я этого объяснить до сих пор не могу. Если есть деньги, то почему нельзя есть досыта, тренироваться до отказа и уставать на смерть?
